"Я слышу голоса..
Меняют цвет мои глаза.
И даже, плотно сжав веки, я вижу
Как твои губы шепчут - я слышу!"

Иезекииль 25:17


Утро. Толян вышел во двор. Осенняя прохладца, на траве блестит иней, солнце поднимается на горизонте.

На лавке сидел Эвридей. Всё тоже потрепанное драповое пальто, ботинки из автомобильных покрышек, мешок с алюминиевыми банками и жуткая вонь.
Старик сидел неподвижно, уставившись в пустоту.

Седой обошёл его дважды, заглянул на всякий случай в мешок и пощёлкал у него перед лицом пальцами.

- Дяденька, вы здесь?
- А?

Глаза бомжа забегали, он почесал кудлатую бороду и оглядевшись заметил робкого седого Наума с портфелем.

- А, это ты Толян.. Здарова. Че, как сам?

Седой не любил разводить нюни, поэтому сразу поставил вопрос ребром:
- Что-то случилось?

Бомж повел взглядом по котам, сидящим напротив него в рядок:
- А.. да.. есть немного.

Наум сел рядом и тоже уставился на котов-старейшин, неизвестно какого дьявола собравшихся здесь именно сейчас.

Коты начали смущаться, краснеть в щеках и вскоре потихоньку все разошлись.

- Господи, какое унылое гавно! - воскликнул Эвридей, возздав руки к небу.
- Какие нахуй коты-старейшины, что ты пишешь?

Толян тоже посмотрел на небо, но никого там не увидел.

Вагабонд приобнял Наума за плечо и доверительно наклонившись к нему, обдал запахом нечищенных зубов:

- Наум, я.. слышу голоса.
- Ого
- Да. Даже моя от меня ушла, никто меня теперь не терпит. Я их постоянно слышу..
- И че говорят?
- Да ничего конкретного, все больше между собой..

Толян на всякий случай попытался убрать его руку со своей шеи, но на рукаве случилось висеть тройному крючку на щуку, который впился в его воротничок.

- Ай, дяденька.. вы меня.. поймали.
- А, ща-ща.. - бомж засуетился, достал из бездонного мешка ножницы для металла, которыми он обычно срезал провода с высоковольтных линий передач и отщипнул крючки с куском рукава и Наумовского воротника.

- Я пожалуй пойду.
- Да, конечно.
- Спишемся в аське.


***

Толян отсидел три пары, периодически погружаясь в задумчивость. Надо было как-то помочь Эвридею. Ведь вагабонд не раз выручал его, вспомнить хотя бы тот случай, когда Наум запутался горлом в стальной проволоке на Городухе, а помойка вдруг загорелась.

Литература была последним уроком, седой не думая написал какое-то убогое сочинение, смял его в комок и кинул в общую корзину с писаниной.

А после, поужинав проклятой пересоленной яичницей, нашёл Эвридея за просевшими бараками, чтобы продолжить разговор.

При встрече, он в ужасе отшатнулся - глаза Эвридея сменили цвет, приобрели желтоватый оттенок. Шуба была вся изодрана на спине. На руках стальные крючья. Не такие лоховские-показушные как у росомахи, а куда пизже и длиньше.

- Дяденька!
- А.. это ты, Наумка. Узнаю тебя пока.
- Да что с вами происходит-то? Как вам помочь?
- Ничего блядь хорошего не происходит. Голоса говорят не умолкая.
- И сейчас?
- Да.
- А что-то говорят-то?
- Да так, хуйню всякую. Слушай, у тебя случаем нет тротила?

Наум на всякий случай проверил карманы и сказал что вот как-то именно сейчас с собой нет.

- Понятно..
Эвридей засунул руку под огромный ржавый бак, вытащил оттуда зеленый кусок хлеба и принялся его жрать. Обслюнявленные куски валились из его рта вместе с зубами, прилипая к бороде. Глаза пожелтели как у кота и сильно слезились.

Не сожрав и половину, он поднял голову и сказал:

- Оставь меня Наум. Я так больше не могу. Тебе нельзя здесь находиться, я могу быть опасен для тебя или типа того.

- Да, пожалуй - попятился седой. - Я завтра зайду.

***

Одиннадцатое сентября две тысячи десятого года.
Здание городской администрации взорвано смертником неустановленной личности. По предварительным данным, присланным нам позавчера по факсу, он проник с черного входа в два часа дня, устроился поудобнее и пиздануло. Рядом с трупом обнаружены остатки милицейской рации, запутанной в клочьях волос. Пока, следствие не установило, что явилось мотивацией для этого храброго поступка. То ли анархия в мертвом городе Даун Таун, то ли отстутствие материальной помощи социально обделенным.
Впрочем откуда нам знать истинные причины поступка, коль этого города просто не существует, также как и нас вами. Мы заканчиваем передачу новостей на невообразимо большое расстояние, идём пить пиво, следующий на очереди - прогноз погоды..


Я.. слышу голоса.
Меняют цвет мои глаза!
И даже плотно сжав веки я вижу..
Как твои губы шепчут: я слышу..

12.4.2010