КРЕАТИВЫ
2005
Эту, беспесды грустную и поучительную историю я начинаю стирая глаз со слезы.
А началось всё с того, что Наум порвал себе штаны.
Нехуёво так порвал, на одно мясо врачи тока моток капроновых ниток извели. И когда седого выписали, встала небольшая, но твёрдая как ослиный хер, задача: в чём идти в школу?
- пашёл нахуй! - устало буркнул папа Карло, скинул меня на пол своей лапищей и пристроился к горячей батарее жопой, чтобы хоть как-то заглушить боль от геморроя.
Карла ваще добрый, но иногда этот жук хуеет. Взял и подставил ему под пятку острую зубочистку.
Печка весело трещала, как и мыши, горящие в ней живьём.
Буровино двигал смёрзшимися суставами, чтобы стать подвижным.
Клюквин сидел рядом и смотрел ему в глаза.
"Что?" - весело вскрикнул Буровино и подмигнул левым глазом с длинными ресницами.
"Ой, блядь!" - подскочил бомж. "Заебал пугать!"
Жызнь хуйня. Это я понял сегодня, после того как разучился считать, всего лишь отодрав стружку с башки.
Меня зовут Буровино и я никогда не трахался.
Жыву с папой Карлой, ебаным злым алкашом, который меня периодически ебёт. В смысле морально.
Ранним зимним утром Наум проснулся и чихнул от солнышка, слепящего глаза. Озоновый слой планеты был уже почти полностью уничтожен испытанием ядерного оружия,
солнце светило не переставая и Наум даже успел загореть. "Вот дерьмо"-подумал он, глядя в зеркало на прыщавого седого негра с тупыми глазами.
Проохав около получаса, Наум, держась за живот, пошёл было к койке.
Но не дойдя до неё он вскрикнул и дрища на ходу, снова кинулся к туалету.
Так как одежда была безнадёжно испорчена, Наум с трудом снял её
и метнул в корзину с грязным бельём, забрызгав отходами все стены и вымарав полотенце.
Однажды Наум подрался.
Ему рассекли бровь, выбили два верхних передних зуба, надкололи
челюсть и обозвали дауном, а он в ответ грубо хмыкнул. За что ещё раз
получил по ебалу. Он отправился домой, наступил в открытый люк и рухнул в обосранную воду.
внезапно раздался резкий стук в дверь. Он продолжался всё время пока я шёл до двери. Но, когда, подходя к двери, я услышал истошные вопли "помогите, убивают!" окончательно успокоился и открыл дверь.
На пороге стоял толстяк, спиной ко мне, за ним столпилась какая-то незнакомая гопота.
Цух! И на Науме оказались мохнатые розовые рейтузы.
"Что за..." возмутился он и начал их стягивать. К величайшему его ужасу под ними ничего не оказалось.
"Ну ладно, всё равно тут никого нет." И рейтузы оказались на полу.
Громкие голоса грузинов разбудили его. Наум с удивлением обнаружил что
лежит связанный по рукам и ногам на длинном, уставленном ботинками, столе,
а по краям сидят грузины с вилками и жадно облизываются красными острыми языками.
-Бэээ, - в бессильстве закричал он и наконец проснулся окончательно.
Утерев пот и яйца, Наум выдохнул. Бомжи толпились внизу, шипели и тянули к нему изрубленные в многочисленных схватках руки.
Но рано было расслабляться: вождь бомжей строил пирамиду, чтобы добраться до непокорной пищи. "Удачи" - подумал Наум, - "долго же он будет строить её из конструктора."
Однажды Науму купили велик. Радостный, он вскочил на него и тут же уехал кататься. Пофиг что в два часа ночи. Ветер свистит через дырки в зубах, волосы развеваются, Наум смеётся. Затем, с жуткими воплями налетает на камень и, перекувырнувшись через себя шестнадцать раз, падает лицом в гнилой кабачок.

